Задачей провокации в Керченском проливе была попытка понять — откроет Россия огонь или нет

Задачей провокации в Керченском проливе была попытка понять — откроет Россия огонь или нет

ФСБ сгущает краски: За Крымский мост украинские катера разнесли бы в пыль

Целью украинской провокации в Керченском проливе мог быть Крымский мост. Такое заявление сделал первый заместитель руководителя департамента береговой охраны Пограничной службы ФСБ России вице-адмирал Алексей Вольский во время брифинга в субботу, 8 декабря.

«Не вызывает сомнения, что главным провокационным нападкам подвергалось строительство и начало эксплуатации моста через Керченский пролив», — сказал представитель ФСБ, напомнив, что из Киева неоднократно звучали призывы о необходимости уничтожить Крымский мост. В частности, депутат Верховной Рады Игорь Мосийчук призывал взорвать мост как объект «вражеской инфраструктуры».

Из-за угроз пограничная служба ФСБ России была вынуждена увеличить количество кораблей и катеров в районе Керчь-Еникальского канала, а также организовать более интенсивную проверку судов, следующих этим судоходным путем, чтобы минимизировать «угрозы в отношении строительства моста и, собственно говоря, этого судоходного канала».

При этом украинская сторона месяцем ранее, 24 октября, уже предприняла попытку провокации. Как рассказал Вольский, она заключалась в сопровождении в Керченский пролив двумя бронекатерами ВМС Украины «Лубны» и «Кременчуг» судна под флагом Болгарии, вышедшего из порта Мариуполь. Во время этого сопровождения в эфире неоднократно «звучала угроза применения оружия в отношении российских пограничных кораблей и демонстрировалось приведение в боевую готовность артиллерийских установок». Хотя со стороны российских пограничных кораблей, по словам вице-адмирала, не было ни одного факта угроз о применении оружия в отношении катеров ГПС и ВМС Украины.

В целом же пограничные суда Украины с августа провокационно угрожали применением оружия на поражение при приближении к ним российских кораблей менее чем на 3,5 км.

Поэтому и закрытие Керченского пролива перед инцидентом с украинскими судами 25 ноября было связано именно с предупреждением провокационной акции.

«В первую очередь, это было связано с предупреждением провокации, провокационной акции, которая могла быть осуществлена судами ВМС Украины как в отношении Крымского моста, так и в отношении безопасности мореплавания в Керчь-Еникальском канале», — сказал зампред департамента береговой охраны.

Он пояснил, что транспортно-технологическая схема в Керчь-Еникальском канале действует таким образом, что в районах ожидания скапливается большое количество судов, в том числе судов с опасными грузами. Любое отклонение от правил по переходу канала, обязательных для всех судов, могут привезти к авариям, происшествиями и техногенным катастрофам. В день инцидента перехода через канал ожидали 166 гражданских судов.

При этом, по словам представителя ФСБ, ни о какой блокаде украинских морских портов на Азовском море со стороны России говорить не приходится. За период с 1 апреля по 1 декабря 2018 года через Керчь-Еникальский канал всего прошло 18 тыс. 783 судна, перед проходом осмотрено 2 тыс. 52, из них 1 тыс. 183 следовали в российские порты Азовского моря и 869 — в украинские порты. То есть российских судов досматривалось даже больше, чем украинских.

На брифинге пояснили и другие моменты, связанные с задержанием украинских моряков. Начальник следственного управления ФСБ России Михаил Шишов обратил внимание на то, что все задержанные обвиняются в совершении уголовного преступления, то есть незаконного пересечения границы РФ, и по Женевской конвенции 1949 года не могут считаться «военнопленными», хотя Киев пытается представить все именно так.

Кроме того, Шишов подчеркнул, что трое моряков получили осколочные ранения при повреждении катера, а не прямые пулевые ранения, то есть наши пограничные службы не открывали по ним огонь.

Выяснились и другие важные факты. Например, подтвердилось, что среди задержанных есть сотрудники СБУ.

«В одном из 24-х арестованных украинских военных один из жителей Донбасса опознал ранее пытавшего его в Бердянске сотрудника СБУ. Человеку тогда были причинены серьезные телесные повреждения», — рассказал Михаил Шишов.

Если эта информация подтвердится, сотруднику СБУ может грозить максимальный срок по части третьей статьи 322, которая предусматривает до шести лет лишения свободы, так как наличие других преступлений, за которые подозреваемый еще не представал перед судом, считается отягчающим обстоятельством.

Как полагают опрошенные «СП» эксперты, брифинг представителей ФСБ призван расставить все точки над i в керченской провокации Украины. С одной стороны, он вряд ли что-то изменит в позиции условного Запада, который призывает освободить «незаконно захваченных» моряков и осуждает российскую «агрессию». Но с другой, показывает, что российские власти не собираются прислушиваться к угрозам США, которые обещали «боль и последствия», если украинцы немедленно не будут освобождены.

Как и писала «СП», судебная процедура в отношении задержанных экипажей будет доведена до конца, о чем и сказал представитель ФСБ, подчеркнув, что моряки никакие не военнопленные, а нарушители российского законодательства по уголовной статье.

Что касается заявления о том, что целью провокации мог быть Крымский мост, эксперты сомневаются, что украинские корабли действительно хотели нанести ущерб этому объекту. Их задача заключалась в другом и была выполнена. Скорее всего, такие обвинения выдвигаются для того, чтобы придать инциденту глобальный характер. Тем самым Москва показывает, что подобные действия в будущем она не потерпит, и режим строгих досмотров в районе моста отменен не будет. Поэтому Украине с ее западными партнерами придется смириться с этими реалиями, тем более что они не противоречат международному праву.

— Думаю, сам Крымский мост не был целью этой провокации, — говорит профессор кафедры российской политики факультета политологии МГУ им. М.В. Ломоносова Андрей Манойло. — На мой взгляд, это придумали постфактум. Налицо элементарная провокация со стороны Киева, направленная на тестирование реакции наших пограничных служб на нарушение границ и заход в территориальные воды РФ.

Эти три украинских судна с экипажами из военнослужащих крутились в акватории очень долго, и только когда они приблизились на два километра к береговой линии РФ, то есть оказались в двух километрах от Кубани, произошла операция по их захвату.

Вообще подобного рода действия, когда в территориальные воды входят вооруженные иностранные корабли без предварительного согласования, по международному праву трактуются, как вторжение, и такие корабли могут быть уничтожены. Мы же их только задержали.

Именно это Киев и хотели проверить - проведут наши пограничники такую операцию или не проведут, а, может, сделают вид, что ничего не произошло. Это было интересно украинцам и тем, кто их направил. Они увидели, что пограничные войска РФ действовали по жесткому сценарию, и сделали выводы. Но приписывать этим действия попытку атаки против Крымского моста я бы не стал.

«СП»: — Почему этот брифинг провели именно сейчас, это ответ Западу?

— Думаю, это чисто ведомственное решение. Брифинг прошел для того, чтобы показать, как эффективно действуют пограничные войска и как работает вся система. Вряд ли это можно назвать ответом Западу. Скорее, это брифинг для того, чтобы можно было оценить действия всех занятых служб и должностных лиц. В этом контексте попытка привязать к этому Крымский мост — это желание показать, что этот достаточно заурядный инцидент не такой уж заурядный. Хотя, безусловно, действия наших пограничных войск заслуживают похвалы и уважения.

Директор Центра политологических исследований Финансового университета Павел Салин убежден, что аргументы, приведенные на брифинге, никак не изменят международное отношение к инциденту.

— На Западе, как и в России, прекрасно понимают, зачем все это было сделано. А, главное, последствия, ради которых все и затевалось Киевом, уже наступили, и брифингом тут ничего не изменить.

«СП»: — Что это за последствия?

— У Украины было две цели. Первая — внутриполитическая, ввести военное положение и мобилизовать электорат Порошенко перед выборами президента. Вторая же заключалась в желании протестировать реакцию России и новый режим судоходства в Азовском море после появления Крымского моста. Этот объект чисто физически изменил режим судоходства в акватории. Появился новый фарватер, и украинцы захотели проверить, какой коридор возможностей оставляет им Москва для прохождения пролива.

Обе эти цели достигнуты. Военное положение введено, вопрос только в том, что с ним будет дальше. Реакция России получена, режим судоходства протестирован.

На Западе прекрасно понимают, в чем заключались цели Украины. Поэтому заявления в поддержку Киева и обвинения в адрес России звучат, как производные точки зрения о том, что Крым нашей стране не принадлежит. Но никаких фактических последствий со стороны Европы для России от этого не будет, потому что она не хочет ввязываться в эту ситуацию.

«СП»: — Ну а США, они ведь уже обещали «боль и последствия»?

— Когда против России будут вводиться новые санкции, на вербальном уровне они будут, в том числе, объясняться этим инцидентом. Но в реальности у них совершенно другие причины, о которых все прекрасно знают.

Анна Седова

>> Читать полностью на Блог сайта «Заноза»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Adblock detector